Ваш сайт

» » Дефекты бетонных конструкций

Дефекты бетонных конструкций

Просмотров: 0 Комментариев: 0 Раздел: Квартирный ремонт

Дефекты бетонных конструкцийДефекты бетонных конструкций стр.36.

7.8. ПОВРЕЖДЕНИЯ ПРИ ПОЖАРАХ 7. Основные положения. Необходимо рассчитывать каждую несущую конструкцию так, чтобы в случае пожара она не сразу выходила из строя. Знание процесса сгорания материала недостаточно для выработки необходимых требований, гарантирующих несущую способность конструкции во время пожара, по крайней мере, на время эвакуации людей, находящихся в здании. Снижение надежности железобетонных конструкций зависит от температуры, длительности пожара, от статической системы, размеров поперечного сечения элементов конструкций, величины действующих нагрузок и других факторов. Снижение несущей способ- Рис. 21. По ряду характерных признаков определяется снижение несущей способности конструкции при пожаре ности конструкции происходит из-за влияющих друг на друга факторов, таких как: снижение прочности бетона; снижение прочности стали; снижение сцепления стали с бетоном; деформации конструкции, обусловленные неравномерными температурными удлинениями. Как показывает практика, сопротивление воздействию пожара железобетонных конструкций значительно выше минимальных требований строительных норм. Лишь в редких случаях (например, фермы из предварительно напряженного железобетона) возможны тяжелые повреждения, при которых ремонт конструкций после пожара экономически нецелесообразен или технически невозможен. Новые технические направления в области строительства и прежде всего применение полимерных материалов требуют значительных затрат для восстановительных работ железобетонных конструкций, пострадавших от пожаров. Применение полимерных материалов в строительстве в случае возникания пожара имеет следующие негативные последствия: увеличение силы воздействия огня от сгораемых искусственных материалов; снижение огнестойкости несущих строительных элементов; образование газов, которые могут быть опасными не только для людей, но и для несущих конструктивных элементов (например, повреждение арматурных сталей благодаря образованию хлоридных газов при сгорании поливинилхлоридных материалов); повышение тег^ лозащитной способности наружных стен. Для достаточно точного определения несущей способности железобетонной фермы во время |пожара учитывают теплозащитные способности слоя бетонного покрытия, который защищает стальную арматуру от рысокой температуры. При проведении испытаний на огнестойкость определяют, имеется ли необходимая толщина защитного слоя бетона по DIN 4102. В новой редакции DIN 4102 «Характеристика огнестойкости строительных материалов и элементов» указаны предельно допустимые размеры железобетонных строительных элементов в зависимости от их класса огнестойкости. Существенной частью норм является установление минимально допустимых расстояний между арматурными стержнями и наружной поверхностью бетона, который может быть подвергнут воздействию огня при пожаре. Арматурные стали, применяемые в обычных и предварительно напряженных конструкциях, нуждаются в таком защитном слое бетона, который при пожаре не допустил бы нагрева стали до критической температуры, т. е. температуры, при которой напряжение стали в строительном элементе превосходит предел текучести. Эта критическая температура указана в зависимости от марки стали в DIN 1045 «Бетон и железобетон» и DIN 4227 «Предварительно напряженный железобетон.

? вернуться назад| |читать дальше.

Дефекты бетонных конструкций стр.64.

8.9. ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ НАПРЯЖЕННЫЕ ЖЕЛЕЗОБЕТОННЫЕ КОНСТРУКЦИИ 8. Общие положения. Трещины в железобетонных строительных элементах приносят вред, даже если они непосредственно не угрожают прочности сооружения, а только коррозионной защите арматуры и тем самым долговечности конструкции. Однако в обычных железобетонных конструкциях их вряд ли можно избежать, так как из-за большой разницы модулей деформации стали и бетона трещины являются предпосылкой того, что более пластичная сталь воспринимает растягивающие напряжения. В основе способа строительства с применением предварительно напряженного железобетона лежала идея уравновешивания растягивающих усилий от нагрузки сжимающими усилиями предварительного напряжения. Для этого при изготовлении строительных элементов в них укладывается высокопрочная сталь и после твердения бетона подвергается натяжению с целью создать напряжение, противодействующее внешним нагрузкам. Благодаря этому приему можно .уменьшить размеры поперечного сечения железобетонной конструкции, избегая при этом больших прогибов или образования трещин. Предварительное напряжение стальной арматуры требует применения высокопрочной проволоки относительно малого сечения в противоположность круглой стали обычной арматуры. Предварительно напряженные железобетонные конструкции ввиду особой подверженности коррозии напрягаемой арматуры, а также повышенной прочности бетона чаще подвергаются повреждениям, нежели обычные железобетонные конструкции, независимо от того, являются ли эти повреждения результатом конструктивных недоработок, ошибками производства или перенапряжением стали или бетона. Тонкие проволоки напряженной арматуры подвержены особой опасности, если в результате доступа хлоридов в ок| лающий ее бетон нейтра-лиз ется активная коррозионная зашчта этой проволоки Несмотря на то что опасность коррозии предварительно на пряженных сталей значительно снижена, благодаря запрету применять хлоридсодержащие бетонные добавки и ограничению сульфатных компонентов в цементе, в последнее время все чаще встречаются коррозионные повреждения мостовых сооружений, в том числе у мостов из предварительно напряженного железобетона в результате значительно возросшего применения хлоридсо-держащих средств, предотвращающих обледенениНеоднократно возникающие в последнее время в стыковых швах таких мостов повреждения вызывают оживленные дискуссии относительно причин повреждений строительных конструкций из предварительно напряженного железобетона. 8. Недостаточное заполнение раствором натяжных каналов. Необходимым условием для долговечной коррозионной защиты, и, следовательно, сохранения несущей способности напряженных сталей является полное заполнение трубчатой оболочки, окружающей предварительно напряженную арматуру, цементным раствором. Если при этом останутся незаполненные участки, то образующаяся в пустотах конденсационная вода или проникшая туда вода атмосферных осадков вызывает развитие коррозионного процесса и в последующем разрушение арматуры. Пока еще нет надежных методов контроля для выявления действительного состояния предварительно напряженных арматурных элементов в каналах. Остается одна возможность: особо ответственные места или области, которые вызывают подозрение наличием ржавых пятен, следует осторожно просверлить и исследовать. И если подтвердится предположение относительно недостаточного заполнения каналов, то эти полости следует тщательно заполнить раствором через просверленные отверстия.

Большой театр: история.

создания Датой рождения театра считается 1776 год. Именно в этот день князь Петр Урусов получил разрешение от Екатерины Второй на проведение балов и маскарадов, а также различных спектаклей и иных мероприятий. Поначалу количество артистов не превышало и пятидесяти человек. История здания Большого театра в Москве особенно интересна. В то время труппа не располагала пространством для выступлений, и все представления проходили в доме Воронцовых. Тогда зрители впервые увидели оперную постановку “Перерождение”. Позже началось строительство самого здания, а поскольку фасад строения был направлен на Петровскую улицу, то и название театр получил соответствующее - Петровский. Архитектором стал Х. Розберг. Преимущественно здесь показывались музыкальные представления - неудивительно, что со временем театр стали называть Оперным домом. первого пожара 1805 - роковой год для Большого театра. В это время случился пожар, который полностью разрушил творение Х. Розберга. Театральной труппе пришлось искать приют в других культурных заведениях. Тогда их выступления проходили в доме Апраксина, Пашкова, в новом Арбатском театрB> Начало XIX века Новый проект здания был разработан А. Михайловым, а его реализацией занялся О. БовВ скором времени на месте пожара появилось новое здание, которое превосходило предыдущую постройку своими масштабами и величественностью. По своим размерам оно уступало лишь театру “La Scala” в МиланB> Второй пожар В 1853 году снова вспыхнул пожар, причины возникновения которого до сих пор неизвестны. Пламя огня за короткое время уничтожило практически все зданиТеатру был нанесен колоссальный урон. Спустя два года на этом месте уже начали строительство нового культурного учреждения под руководством А. Кавоса. В процессе создания знаменитых статуй и занавеса принимал участие знаменитый скульптор П. Клодт и профессиональный живописец Козрое-Дузи из Венеции. Середина XIX столетия - первая половина XX века Этот время характеризуется творческим подъемом. В Большом театре все большую популярность приобретает музыкальное искусство. Главными вокалистами становятся такие известные оперные певцы, как Ф. Шаляпин, А. Нежданова, Л. Собинов. Реперутар театр преображается, появляются новые интересные произведения. Великая Отечественная война Работа Большого театра была приостановлена. Часть коллектива была переправлена в Самару. Те, кто остался в столице, продолжили давать выступления. Представления зачастую прерывались из-за бомбардировок: зрители прятались в защитных сооружениях. Во время войны один из снарядов разрушил фасадную часть театра. Годом спустя она было уже отреставрирована. Времена СССР.

В это время количество спектаклей на сцене Большого театра увеличилось в несколько раз. В здании был построен новый зал для репетиций, который расположился на самом верху. На тот момент было много недочетов в конструкции здания - необходимо было реанимировать фундамент и решить проблему с количеством зрительных мест в залБыло принято решение о реставрации Большого и возведении Новой сцены. Приступить к исполнению поставленной задачи удалось лишь в 1993 году. В 2005 театр закрыли на реконструкцию. Наши дни В настоящее время ГАБТ располагает тремя вместительными залами, каждый из которых соответствует современным тенденциям. Благодаря проведенному ремонту в стенах театра установили новые визуальные и акустические конструкции, выполненные по новейшим технологиям. Размеры сцен поражают своей масштабностью и монументальностью.

Обследование зданиясооружения после пожара.

В последнее время наблюдаем особенно много обращений по вопросу обследования зданий после пожара. При пожаре высокая температура приводит к частичному или полному разрушению строительных конструкций. Заказчики просят оценить техническое состояние конструкций, дать заключение о возможности их дальнейшей эксплуатации и методах их восстановления. Работы на такого рода объектах затруднены наличием обрушившихся и аварийных конструкций, что может быть небезопасно не только с точки зрения проведения работ по обследованию, но и просто нахождения в таком здании людей. Обследование здания после пожара обязательно проводится с инструментальным контролем параметров строительных конструкций (определение прочности материалов, параметров армирования железобетонных конструкций и т.п.), так как визуальное обследование не позволяет определить степень повреждения конструкций здания. В отличие от обследования конструкций, не подвергавшихся воздействию высоких температур, анализ повреждения конструкций после пожара включает в себя дополнительные параметры. Например, длительность нагрева, от которой зависит распределение температур в сечении железобетонных конструкций и, соответственно, степень повреждения структуры материала конструкции и их армирования. По результатам обследования разрабатывается техническое заключение со схемами частично разрушенных конструкций с указанием дефектов и их характеристик, а также перечнем конструкций, которые следует заменить на новые конструкции, восстановить или усилить. При необходимости составляется смета на восстановительный ремонт. С такой проблематикой к нам обычно обращаются страховые компании, собственники пострадавшей недвижимости, строительные и проектные компании. В заключении хотим сказать, что, если уж пришлось столкнуться с такой серьёзной проблемой, как пожар, не нужно отчаиваться. Советуем привлечь профессионалов, ежедневно работающих с подобными объектами, и с их помощью принять правильное, обдуманное решение, как с минимальными потерями и, ориентируясь на перспективы, рационально выйти из ситуации, распорядиться пострадавшим объектом. С уважением, Группа Ю.С.Т.Э.

Записки подводника апл К-27 Северного Флота (продолжение темы.

Сегодня я хочу ознакомить уважаемого читателя данного сайта со статьей, которая была напечатана в газете Кировограда "Украина-Центр" и называлась "Вместе победить и умереть". В ней идет рассказ о моем друге, сослуживце по кораблю, спецтрюмном Грише РаинB> В 1966 году ушел в запас. За мужество,проявленное во время испытания уникальных ядерных реакторов был награжден Медалью Ушакова. Неоднократно в походах, да и при обслуживании их, получал повышенные дозы радиации. В запас отправили "чистым". В 48 лет стал ивалидом 2-й группы. Общего заболевания. И только в 65 лет,после длительных бюрократических преград его заболевания связали со службой на апл. И это не единичный случай, когда ТОЛЬКО после 35-45 лет подводники, принимавшие участие в ликвидации ядерных аварий на лодке получали мизерные льготы. Но это уже отдельный разговор. и тема. Не будем утверждать, что открываем новую, никому не известную страницу истории советского Военно-Морского Флота. Об атомной подводной лодке К-27 класса «Ноябрь» ЖМТ (по-другому - «Золотой рыбке») и ее трагической судьбе написано уже немало. Множество материалов об этом можно найти в ИнтернетПравда, с оговоркой - и Интернет не всеведущ. АПЛ К-27, построенная по проекту 645, была в ВМФ первой подводной лодкой, оснащенной не имеющими аналогов ядерными реакторами с жидкометаллическим теплоносителем. Первой атомной подлодкой, которая, успешно миновав натовскую линию противолодочной обороны, дошла до экватора и (почти по Жириновскому) омыла свои винты в водах у самого Индийского океана. Первой лодкой, которая скрытно прошла сверхохраняемый Гибралтар, столь же скрытно, но эффективно имитировала атаку на американский 6-й флот, проводивший здесь свои очередные военные учения, после чего открыто всплыла и подставилась под фото- и кинообъективы американской разведки - демонстрируя: извечного натовского превосходства в Средиземном море больше не существует. Но у этой медали есть и другая сторона: какой ценой, каким героизмом экипажа К-27 были достигнуты эти результаты? Почему уже в наше время, когда минули сроки секретности, «Золотая рыбка» удостоилась в СМИ таких метафор, как «ядерный ад», «спящий на дне моря Чернобыль» и даже «субмарина “Нагасаки”»? Повторимся: в той или иной степени ответы на эти вопросы можно найти в ИнтернетОднако в Кировограде по сей день живет Григорий Раина, бывший матрос К-27, который служил на «Золотой рыбке» начиная с 1963 года, когда она проходила государственные приемо-сдаточные испытания, по 1966 год. Участник первой двухмесячной автономки и боевого похода в Средиземное морА живая человеческая память, как известно, способна хранить такие подробности, о которых нельзя прочесть ни в каких интернетовских материалах. «Меня назвали в его честь» С дистанции в сорок с лишним лет кажется, что судьбы Григория Раины и атомной подлодки К-27 не могли в какой-то момент не пересечься. Родился Григорий в 1943 году в эвакуации - в Сибири, в городе Тайга. О том, что у него есть третий сын, глава семьи узнал только по возвращении с фронта. Когда после войны семья вернулась в Кировоград, Григорий закончил семь классов и пошел работать на кировоградский завод «Красная звезда». Параллельно начал было учиться в машиностроительном техникуме, но скоро охладел к этой учебе и, забрав документы из техникума, окончил вечернюю среднюю школу. Зато на заводе получил специальность сварщика, а это многое определило в его дальнейшей судьбB>Осенью 1963 года, получив повестку в военкомат, молодой рабочий заявил твердо: хочу служить в ВМФ. Откровенно говоря, в те времена, когда срочная служба в сухопутных войсках продолжалась три года, а в ВМФ - четыре, желающих добровольно отдать Родине «лишний» год было немного. Однако для парня, выросшего в степном краю, была в морской службе своя романтика. Но не только это определило его выбор. - Я тогда занимался спортом, борьбой, - рассказывает Г. Раина, - чувствовал себя хорошо физически подготовленным. А кроме того, мой родной дядя, брат отца, был подводником, служил на Балтике и погиб во время войны. Это в его честь меня назвали Гришей. И наши «покупатели» из ВМФ, которые отбирали призывников, не скрывали, что служить придется на Северном флотB>- И на атомной подлодке? - Нет, это я узнал только в Северодвинске, в учебке, где готовили специалистов для атомных подводных лодок. - Никаких плохих предчувствий тогда не возникло? - Нет. И откуда? Мы были молоды, хотели ходить под водой, к тому же мы были матросами. О каких-то вещах, вызывающих опасения, могли знать офицеры. Но понятно, что они нам об этом не говорили. Между тем к 1963 году мировая практика хождения на атомных подводных лодках знала уже немало трагедий. «Первое трагическое событие в ВМС США относится к 1954 году, когда в результате аварии главной энергетической установки погибли четыре человека. В июне 1960 года на борту “Сарго” при погрузке кислорода произошел взрыв, вызвавший пожар. Чтобы не допустить его распространения, лодку затопили прямо у пирса. После подъема ее поставили в сухой док и отремонтировали. В 1961 году было отмечено повышение радиоактивности на борту подводного ракетоносца “Теодор Рузвельт”, вызванное неправильными действиями персонала при обслуживании первого контура реактора. В результате пришлось снять ракетоносец с боевого дежурства и провести его дезактивацию. В октябре 1962 года на атомной лодке “Тритон”, стоявшей на судоверфи в Гротоне, возник пожар, который нанес значительные повреждения. В катастрофе 10 апреля 1963 года, через двое суток после выхода с базы на глубоководные испытания в Атлантике, затонула лодка “Трешер” с экипажем из 129 человек. Шок, который испытала, получив это известие, нация, сопоставим с тем, который вызвала гибель “Челленджера” много лет спустя». (Интернет-сайт «Российский подводный флот».) Подобного рода аварии имели место и на советских атомных подлодках. «Подводная лодка К-8 (проект 627 класса “Ноябрь”) отрабатывала задачи боевой подготовки на полигонах Баренцева моря. 13 октября 1960 года произошел разрыв парогенераторов и трубопроводов компенсатора объема. Вся АПЛ была загрязнена радиоактивными газами. Оценить радиационную обстановку не могли, так как все приборы зашкалили. У 13 человек экипажа проявились внешние признаки лучевой болезни. Первая чисто ядерная авария на АПЛ Северного флота случилась 4 июля 1961 года на атомной подводной лодке К-19 (пр.658 класса “Отель”) с баллистическими ракетами на борту во время учений в Северной АтлантикПроизошла разгерметизация первого контура реактора на неотключаемом участкДля предотвращения оплавления активной зоны с нее было необходимо снимать остаточное тепловыделение, постоянно подавая в реактор воду. Было принято решение смонтировать внештатную систему проливки реактора. Эта работа требовала неоднократного и длительного нахождения специалистов (офицеров, старшин, матросов) в необитаемых помещениях реакторного отсека в зоне течи воды первого контура и воздействия радиации, в данном случае активных газов и аэрозолей. Весь личный состав получил значительные дозы радиации. Восемь человек погибли от лучевой болезни, получив дозы от 5000 до 6000 бэр». (По материалам отчета организации «Беллона» и архивным материалам ВМС США.) АПЛ К-27, на которой довелось служить Григорию, была в советском ВМФ, как уже упоминалась, первой подводной лодкой, оснащенной не имеющими аналогов ядерными реакторами с жидкометаллическим теплоносителем. То есть в первом контуре циркулировал жидкий расплав свинца-висмута, непосредственно омывая тело ядерного реактора. Как свидетельствует днепропетровец Вячеслав Мазуренко, который пришел служить на лодку позже Григория Раины, а после истечения сроков секретности стал подлинным историографом АПЛ К-27, посвятив ей несколько книг, этой лодке цены бы не было в случае войны, особенно внезапной. ЖМТ не просто обеспечивал определенные конструктивные преимущества, но и значительно повышал тактико-технические характеристики по сравнению с лодками, оснащенными традиционными водо-водяными реакторами. Вывод реакторов ЖМТ на рабочий режим занимал считанные минуты, в результате АПЛ К-27 было достаточно 15-20 минут, чтобы уйти от пирса и скрыться под водой. На лодках с водо-водяными реакторами на это требовалось 2-3 часа. Но практическая реализация блестящей теоретической идеи вызывала свои трудности. Например, американцы, которые использовали в качестве ЖМТ расплавленный натрий и проводили испытания реактора на подлодке с красивым названием «Си Вульф» («Морской волк»), в конечном счете отказались от проекта. Но наши ученые и военные, явно не собираясь сдаваться, продолжали работу, чтобы доказать: советской науке под силу и то, что не удалось «вероятному противнику». История эта по-настоящему драматична. «Первый звонок о том, что ядерный реактор с жидким теплоносителем имеет и свои недостатки, - пишет В. Мазуренко, - прозвучал еще в 1959 году на стенде в Обнинске, в центре обучения подводников. Тогда в трубопроводе, по которому циркулировал жидкий металл, нарушилась герметичность, образовались микротрещины. При соприкосновении с внешней средой металл начал окисляться, в итоге произошла зашлакованность системы. Морякам, будущим первым членам экипажа К-27, которые прибыли на учебу, ничего не оставалось, как вручную демонтировать механизмы, при этом каждый из них получил огромную дозу облучения. Часть моряков была помещена в госпиталь, потом втихую списана на гражданку. На руки никто из них не получил никаких документов. Они дали подписку на 25 лет о неразглашении того, что с ними случилось. Так молча и уходили из жизни». Другими словами, у АПЛ К-27 еще до ее спуска на воду уже была своя трагическая предыстория. Но, понятно, не Григорий Раина выбирал лодку, на которой будет служить. Она выбрала его. Этот решающий момент был связан еще с пребыванием Григория в учебкТочнее, со второй половиной пребывания матроса в учебном отряде, когда ему пришлось после перерыва в несколько месяцев вновь взять в руки сварочный аппарат. Для обучения подводников в условиях, приближенных к боевым, в учебке построили большой бассейн, в который курсанты должны были погружаться в макетах боевых отсеков. Макет центрального отсека, в котором работают командир, механики, рулевые, варил Григорий Раина. Молодого матроса отметили офицеры подлодки К-27, которые отбирали в экипаж срочнослужащих. Мысль о том, что в составе экипажа нужен не просто матрос-спецтрюмный, а квалифицированный сварщик, была более чем здравой. И время подтвердило правильность их выбора. «Если тебе положено умереть. » Атомную подводную лодку К-27 «Золотая рыбка», на которую пришел Григорий матросом-спецтрюмным, только-только спустили на воду. Это был опытный образец, ходовые испытания которого должны были дать ответ на вопрос, быть или не быть серии. Собственно класс «Ноябрь» для ВМФ не был новым. Лодки этого класса уже успели себя зарекомендовать. Внешне АПЛ К-27 проекта 645 сохранила фамильное родство с первой атомной лодкой К-3 («Ленинский комсомол»). Новшеством были два реактора с ЖМТ по левому и правому борту, при установке которых пришлось изменить компоновку отсека ядерных реакторов, и ряд других нововведений. Классу «Ноябрь» соответствовало и вооружение «Золотой рыбки». Восемь торпед, две из них - с ядерными боеголовками, размещались в торпедных аппаратах. Плюс боекомплект для перезарядки торпедных аппаратов. Рабочим местом Григория стал четвертый отсек - реакторный. Заводские испытания лодка прошла до того, как Григорий пришел в экипаж, и стояла после них в сухом докПлавбазой для экипажа служил эскадренный миноносец «Баку» - на нем экипаж жил и отдыхал, а рабочее время проводил на субмаринНачинающий спецтрюмный осваивал лодку и вверенную ему технику, находил время, чтобы заигрывать с девушками-заводчанками, - они устраняли мелкие дефекты, которые были выявлены в ходе заводских испытаний при первом выходе АПЛ в морВзялся помогать девушкам срезать излишки резины на уплотнителях и так вогнал нож в руку, что на всю жизнь остался шрам на память. И уже как полноправный член экипажа вышел на «Золотой рыбке» в Баренцево море на двухнедельные государственные приемочные испытания. Прошли они, как ему помнится, без сучка, без задоринки. Ну разве что вырвало пробку в четвертом контуре, в котором циркулировала вода, отсек заполнился белесым туманом, но, по большому счету, это никто не стал считать аварией - так, мелкой поломкой, которую тут же устранили и продолжили работу. Но подлинным испытанием для «Золотой рыбки» стал первый автономный боевой поход, в котором моряки, выйдя из Баренцева моря в международные пространства, без всплытия, постоянно оставаясь под водой, прошли через Атлантику почти до Индийского океана и благополучно вернулись на базу. «Первый поход К-27, - пишет В.Мазуренко в одной из своих книг, - носил испытательный характер. Предстояло проверить механизмы и технические средства корабля в условиях полной автономности. Кроме того, нужно испытать корабль и экипаж в различных климатических зонах, определить оптимальные режимы использования АЭУ. Поэтому курс К-27 был проложен из Арктики в экваториальную часть Атлантики. Кроме штатного личного состава в поход шли председатель правительственной комиссии вице-адмирал Г.Н. Холостяков (руководитель похода), контр-адмирал И.Д. Дорофеев и другие представители флота, а также группа специалистов промышленности, в которую входили главный конструктор АПЛ Л.К. Назаров и ведущий конструктор СКБ-143 Г.Д. Морозкин, возглавлявший при сдаче АПЛ испытательную партию энергетической установки». В память об этом походе у Григория осталась грамота, удостоверяющая, что 12 мая 1964 года матрос Раина прошел экватор и был крещен самим богом морей Нептуном. Между прочим, на грамоте оставил свой автограф и руководитель похода: «Утверждаю. Председатель Нептунов вице-адмирал Холостяков». «Замечательный был дядька, - с симпатией говорит сегодня о прославленном подводнике Григорий Раина, - помнится, что-то такое рассказывали, что он чуть ли не в революцию был уже капитаном первого ранга, потом сидел при Сталин.» Но, к сожалению, не только приятные воспоминания связаны с этим походом. Впрочем, по порядку. Одной из первых проверок для АПЛ К-27 стало прохождение линии противолодочной обороны НАТО, которую лодка миновала, огибая Англию. По словам Григория Раины, линия постоянно патрулировалась натовскими самолетами и надводными и подводными военными судами. Существовало и нечто вроде «джентльменского соглашения»: обнаруженную советскую подводную лодку, разумеется, не топили - время все-таки было мирное, - но давали понять: ты обнаружен! Скажем, сбрасывали на нее нечто вроде взрывного устройства - повреждений оно не причиняло, но не заметить взрыва экипаж не мог. После этого подлодка была обязана всплыть и в надводном положении вернуться на базу, в свои территориальные воды. - Но лодка у нас была классная, - рассказывает Григорий Раина, - рабочая глубина - 280 метров. На такой глубине обнаружить ее визуально было невозможно. - А по шуму винтов? - Конечно, гидроакустики могли нас услышать. Но ведь тогда и нас было мало, и их не много: невозможно разместить вдоль всей линии корабли и подлодки с гидроакустиками. В общем. прошли. Но в Атлантике, когда «Золотая рыбка» уже шла к экватору, произошла авария ядерного реактора. Как свидетельствует Вячеслав Мазуренко, аварийный реактор заглушили и расхолодили, реакторный отсек загерметизировали, хотя радиационный фон во всех отсеках уже начал превышать допустимые нормы. Ситуация сложилась крайне серьезная. Вице-адмирал Холостяков и капитан второго ранга Гуляев, командир корабля, собрали в кают-компании рабочую комиссию. В числе прочих было выдвинуто и предложение прервать поход и вернуться на базу. Но удастся ли это сделать на одном реакторе и как этот реактор себя поведет, никто не мог дать гарантии. Практически в безвыходном положении оставался один выход - попытаться устранить аварию. В команду, которая должна была это сделать, вошли капитан третьего ранга Шпаков, спецтрюмные Григорий Раина и Петр Вознюк, также призванный из Украины, и представитель НИИ Парнев. Если в самом простом изложении, то дело обстояло примерно так. В первый контур, в котором циркулировал жидкометаллический теплоноситель, омывающий тело реактора, дополнительно подавался инертный газ, препятствующий окислению сплава свинец-висмут. По оценке все того же В. Мазуренко, такие аварии на реакторе с ЖМТ случались и в период его заводских испытаний: по всей видимости, вследствие тех или иных причин возникал дисбаланс давлений и расплавленный сплав забрасывался в патрубок подачи газа. Григорий Раина рассказывает о том, как устранялась неисправность, не вдаваясь в теорию: - На нас с Петькой надели защитные костюмы, «наука» показала нам сверху, какую трубку надо разрезать, и мы начали работу. - А сама «наука» в реактор не полезла? - Парнев? Да там же люк был - вот такой! Он бы в него просто не пролез. Это мы с Петькой кое-как протискивались. - А радиация? - А кто ее мерял? Определили, что будем работать в выгородке реактора по очереди, по пять минут каждый, и начали. Трубку, в которой застыл металл теплоносителя, вырезали с помощью сварки, прошомполовали вручную, очистили, и вварили обратно. Работа, конечно, была ювелирной: металл или шлак ни в коем случае не должны были попасть в систему, а герметичность шва должна была быть идеальной. И на бумаге, и даже в живом пересказе вся эта история кажется почти будничной. Но на самом деле она такой не является. Надо думать, и командование похода, и весь экипаж пережили немало тревожных моментов, пока Раина и Вознюк работали в отсеке, а потом - когда шел повторный запуск остановленного реактора. А уже тогда, когда реактор нормально вышел на режим, «наука», как вспоминает Раина, позволила себе лишне(По его словам, вообще ни один научный работник и близко не приближался к реактору, не выпив предварительно 100-150 граммов спирта. Не «для храбрости». Алкоголь активизирует работу сердца и кровеносной системы; считается, что благодаря этому из организма выводится радиация. Как, тем более, было не выпить, когда самое страшное осталось позади. А вот Раина и Вознюк удостоились личной благодарности Холостякова. Впрочем, по сто граммов сухого «Каберне» им полагались и так - по должности, ежедневно. Правда, по его словам, когда лодка вошла в пояс тропиков и температура забортной воды даже на глубине достигала 27 градусов, морякам было не до «Каберне»: из-за жары ни пить, ни есть не хотелось.) Остались в памяти Григория Раины и два пожара, которые произошли в этом же походПервым загорелся второй отсек, в котором были размещены кают-компания, каюты офицеров, а внизу размещалась аккумуляторная. Причиной пожара стало банальное нарушение техники безопасности, не той, которую морякам вдалбливали еще в учебке, а той, которая как бы и не ассоциируется со словом «безопасность». Ведь кто такой матрос? Он и защитник Родины, и специалист во вверенном ему хозяйстве, и воин, но одновременно он же и «всё про всё», в том числе и уборщик. А древние традиции военного флота, согласно которым все вокруг должно быть не просто чистым, а сиять и блистать, распространяются и на подлодки. И вот в те времена, когда не было ни «мистеров мускулов», ни прочих современных моющих и чистящих средств, матросы обнаружили, что существуют некоторые «маленькие хитрости». Если от регенераторной пластины, которые на лодках поглощают углекислоту и выделяют кислород, отломить маленький кусочек и бросить в ведро с водой, то вода приобретает такие мощные моющие свойства, что любая поверхность будет выглядеть так, будто ее только что покрасили. Но вещество регенераторной пластины невероятно агрессивно: промасленная ветошь при соприкосновении с этим веществом вспыхивает, как электросварочная дуга. Это и случилось во втором отсекB>- Но гореть там, на счастье, особенно нечему, - говорит Григорий Раина. - Поэтому часа через два-три пожар потушили. Гораздо хуже был пожар в турбинном отсеке на обратном пути. От искры загорелось пультовое оборудование, и, пока пожар погасили, успело выгореть немало. - Во время пожаров лодка всплывала? - Нет. Оставалась на боевом курсе, шла на прежней глубинЕстественно, что весь экипаж был в полной готовности по боевому расписанию, но борьба с пожаром главной боевой задачи не отменяла. Повышенная пожароопасность подлодок, вспоминает бывший подводник, связана еще и с высоким содержанием кислорода в отсеках. Если зажечь спичку, она мгновенно догорает до пальцев. Сигарета сгорает за три-четыре затяжки. - Как, вам разрешалось курить? - Конечно, нет. На других лодках, я слышал, были специальные места для курения, но не у нас. Однако курили всИ те же офицеры, которые сами курили, гоняли нас, матросов, чтобы не смели курить. Правда, никогда и никого не наказывали - не принято это в морМежду прочим, жены офицеров, оставаясь на берегу, всегда знали, на сколько суток муж уходит в поход - по тому, сколько пачек сигарет он брал с собой. Подождите, сейчас я смешную историю расскажу. Был у нас классный замполит, капитан второго ранга Петухов - отличный мужик, для нас как отец родной. Раз в сутки лодка подвсплывала на перископную глубину. Можно было новости по радио послушать. Нужно было получить радиограммы от командования, передать короткий зашифрованный доклад - буквально одним импульсом. А потом Петухов проводил политинформацию - по «Каштану», по внутренней связи. А завершал ее всегда напоминанием, что курить в отсеках нельзя, это может привести к пожарам. И концовка: передачу подготовил и вел капитан второго ранга Петухов. А зайдешь в первый отсек - там дымом тянет. «Ребята, кто курил?» - «Ну кто. Петухов!» Фильтры очистки воздуха на лодках были хорошие, но с табачным дымом они не справлялись. Но пожары и аварии к числу смешных историй не относятся: - У подводников принято так, - продолжает Григорий Раина, - если в твоем отсеке авария - пожар, забортная вода поступает, - ты борешься с ней сам. Закрываешь люк на клинкет, блокируешь механизм специальным болтом, чтобы с той стороны не открыли, - и борись. И если тебе при этом положено умереть - умри, но не дай погибнуть лодкЭто борьба за живучесть. А если по ту сторону люка, в аварийном отсеке, горит твой друг или брат, сожми сердце и делай то, что положено делать, не пытайся его спасти. В конце концов, кислород в отсеке выгорит и пожар сам погаснет. А когда я слышу или читаю, что выгорело два, три отсека, это значит, что кто-то дрогнул, нарушил суровый закон подводников. Для экстремальных ситуаций в каждом отсеке, на каждого подводника, есть изолирующие противогазы, которые сами вырабатывают кислород для дыхания. В этих противогазах подводники борются с огнем. На каждого подводника имеются спасательные водолазные костюмы для всплытия с глубины - но, понятно, не с трехсот метров. В каждом отсеке - неприкосновенный продуктовый набор. Единственный отсек, в котором ничего этого не было, реакторный - рабочее место Григория. Ни противогазы, ни НЗ хранить там было нельзя - очень скоро они стали бы радиоактивными, и осталось бы их только выбросить. Из этого похода моряки вернулись победителями. «В походе энергетическая установка устойчиво работала во всех широтах, в том числе в экваториальных, где температура воды доходила до +27 градусов и системы охлаждения действовали на пределе своих возможностей, - пишет В. Мазуренко. - Температура в реакторном и турбогенераторных отсеках поднималась до 60 градусов, а в остальных - до 45. Влажность доходила до 100%. И, тем не менее, корабль и экипаж выдержали все испытания. Это был первый поход советского корабля в режиме полной автономности. И это был мировой рекорд непрерывного пребывания под водой. Увы, сегодня об этом можно узнать даже не из всякого справочника. » Возвращение в родной порт стало праздником, вспоминает Григорий Раина. Построение на пирсРапорт командующему Северным флотом. Пауза, чтобы помыться и переодеться. А затем застолье, во время которого за накрытыми столами собрались и офицеры, и матросы срочной службы - все вместВместе, под одним Богом, ходили в море, вместе сели за столы. По принятому у подводников ритуалу к столу подали двух жареных поросят - по одному за каждый месяц плавания. - Командиру БЧ-5 голова досталась, по чину, как говорится: командир движения - голова всему. А он на нее смотрит - и что мне с ней делать. - А к поросятам что - всё то же «Каберне»? - Ну. водка у всех тоже стояла. Под столом. Все-таки неудобно при высшем командовании. «Ты, Гриша, как из похоронной команды» После каждого похода полагалось полежать в госпиталСдать анализы. Брали медики и пробы костного мозга из грудины - шрамы от этих проб тоже по сей день украшают грудь подводника. - Они на нас диссертации защищали, но нам-то ничего не говорили: здоров, годен - весь разговор. Недельку полежали - всё, хватит, ребята, пора в строй. Зато и первый отпуск у меня был 97 суток. 45 суток сам отпуск, плюс 27 суток за вредность службы, плюс по 10 суток за каждый месяц в морЯ в Кировоград приехал, а отпуск всё не кончается, меня уже спрашивать начали: «Гриша, может, пока пойдешь на завод поработать. » Второй боевой поход «Золотой рыбки», на этот раз в Средиземное море, начался летом 1965 года. В целом проходил он по тому же сценарию, как и первый поход. Только у Гибралтара лодка замерла на глубине в ожидании - кто ее «проведет»? Наконец, пристроившись под какое-то судно, под его прикрытием и под шум его винтов АПЛ К-27 проскользнула в крепко охраняемый пролив. Войдя в зону учений американского 6-го флота, подлодка всплыла на перископную глубину и провела атаку. Собственно, это была фотоатака, чтобы по возвращении представить командованию отчет о «потопленном» американском кораблСами американцы даже не заметили, что один из кораблей «потоплен». Лодку они засекли только после того, как она всплыла и пришвартовалась у советского крейсера «Михаил Кутузов». - Лодку мы, конечно, «обезобразили», - рассказывает Григорий Раина. - Натянули брезент на рубку, на корме и на носу, чтобы было невозможно идентифицировать ее силуэт. Едва начало светать, появился американский самолет-разведчик. Сначала казалось, пройдет мимо. Но вдруг начал снижаться. Наши радисты, которые слушали американцев, потом рассказали, что пилоту объявил благодарность сам тогдашний министр обороны США Макнамара за обнаружение в Средиземном море советской атомной подводной лодки. И в течение двух суток американские самолеты, сменяя друг друга, кружили над нами на самых малых высотах. Мы отчетливо видели пилотов. Сидят в спасательных жилетах, улыбаются и снимают нас фото- и кинокамерами. Очень мне хотелось бы посмотреть кино, которое они сняли: можете только представить себе, каким образом мы их «приветствовали» с палубы лодки. А когда мы начали готовиться к погружению, американцы начали сбрасывать вокруг нас радиобуи с эхолотами, чтобы засечь направление отхода. А с «Михаила Кутузова» спустили катер и начали эти буи вылавливать. Те бросают, наши вылавливают. Несколько буев даже нам подарили. Интересные такие буйки - эхолот, антенна, а внизу два элемента питания, когда вырабатывают ресурс, растворяются в морской воде, и буй просто тонет. Уход лодки дал возможность американцам и нашим поиграть «в кошки-мышки». Американцы несколько раз обнаруживали лодку и садились на хвост. Наши уходили и, в свою очередь, садились на хвост американской лодкВ этой игре испытаниям подверглись не только тактико-технические характеристики, но и боевое мастерство советских подводников. Правда, однажды во время этих игр, вспоминает Григорий Раина, лодка едва не погибла: войдя в воды, на которые не было карт дна, оказалась в опасной близости от банки. То есть только для надводных кораблей это место было банкой, причем совершенно не опасной. Для подлодки это была гора, вырастающая со дня моря. И если бы АПЛ К-27 врезалась в нее на полном ходу, это был бы конец. - Даже если бы кто-то и уцелел в полузатопленных отсеках, нас бы все равно не нашли и не спасли, - говорит Григорий Раина. - Вне своих территориальных вод мы были смертниками: если что, то с концами - сверхсекретная лодка, у нас даже аварийные буи были заварены. В случае аварии они всплывают, обозначают положение лодки и обеспечивают радиосвязь. А я же их и заваривал. Мне ребята еще говорили: «Ты, Гриша, как из похоронной команды. » Недаром были для нас крылатыми слова «Только среди подводников существует такое братство: либо все побеждают, либо все погибают». У той банки лодку и экипаж спасла интуиция штурмана, который добился, чтобы, несмотря на опасность обнаружения лодки «вероятным противником», ему дали возможность включить эхолот. Лодка поднялась до глубины 50 метров и благополучно миновала банку. А во время очередной аварии в этом плавании, когда в реакторном отсеке давлением подорвало крышку среднего парогенератора и концентрация радиоактивных газов в пять раз превысила норму, лодку спасали старший лейтенант Влад Домбровский и спецтрюмные Осюков и Раина. Лежа на асбестовых матах на раскаленном до 250 градусов железе, они осторожно затянули на шпильках более полусотни гаек, контролируя каждый шаг резьбы микрометром. Последней точкой в судьбе К-27 «Золотая рыбка» стала авария 24 мая 1968 года в Баренцевом море, уже после увольнения Георгия Раины в запас. Проверялись, как свидетельствуют архивные данные, параметры ГЭУ на ходовых режимах после выполнения модернизационных работ. Мощность реактора самопроизвольно начала снижаться. Личный состав, не разобравшись в ситуации, попытался поднять мощность ЯР, но безуспешно. В это время возросла гамма-активность в реакторном отсеке до 150 Р/час и произошел выброс радиоактивного газа в реакторный отсек. Личный состав сбросил аварийную защиту реактора. Как выяснилось позже, в результате аварии разрушилось около 20% тепловыделяющих элементов активной зоны. Облучилось 144 члена экипажа. Пятеро моряков умерло в страшных муках в госпитале, один погиб через сутки после аварии в районе реакторного отсека, в течение следующих 36 лет ушло из жизни более половины экипажа. Причиной аварии стало нарушение теплосъема с активной зоны. И все равно командование флота не оставляло мысли, что эту загрязненную радиацией лодку удастся вернуть в строй! Но, простояв 13 лет у причала, АПЛ в 1981 г. была затоплена в Карском морB>Однако, даже зная все это, Григорий Раина говорит сегодня, что если бы он начал жизнь сначала, то снова пошел бы служить на К-27. Нет, эти слова не кажутся странными. Это было время молодости и не показного героизма. В память о нем хранит он и свои боевые награды. Более того, верит, что, если бы в 1968 году на лодке оставался тот экипаж, который служил в 1963-1966 годах, он справился бы и с той, последней для лодки аварией. Почти три десятка лет члены экипажа «Золотой рыбки», связанные подпиской о неразглашении военных и государственных тайн, жили, не зная о судьбе друг друга. Но в последние годы те, кто дожил, друг друга нашли. Переписываются. По возможности встречаются. Жена Григория Раины Раиса Васильевна адресует слова благодарности всем, кто остался верен флотской дружбе, - Вячеславу Мазуренко, Шпакову, Агафонову, Домбровскому, Ганже, Ильченко, Ханицкому и другим. Вячеслав Мазуренко Эта тема продублирована на нашем форуме на странице t=4 Здесь можно развивать и дискутировать данный раздел.

Пост Чернобыль Історія ядерних катастроф Записки подводника Записки подводника апл К-27 Северного Флота (продолжение темы) Запись была опубликована: (ом) Понедельник, 13 июля 2009 г. в 13:17 и размещена в разделе Записки подводника. Вы можете следить за ответами к этой публикации через ленту RSS 2.0. Вы можете оставить ответ или trackback с вашего сайта.

Автор: admin | 07.06.2017.

скачать dle 11.3